Масленки устроили бунт на белоснежном корабле. Они поменялись прозрачными, но ребристыми крышами (намеки на извилины), не предусмотрев, что каждая крыша неповторима, как и основание. Поэтому сейчас страдают не только они, но и их содержимое. Мольбы пощадить внутренний их мир заполонили окружающее пространство, а помочь им ничем нельзя - это их решение, воля, демократическое желание. Желание постигнуть новые ощущения, сбросить оковы даже не вечности, а лишь нескольких жалких лет обернулись катастрофой локального масштаба. Рокфор заветрился.
понедельник, 20 декабря 2010 г.
суббота, 11 декабря 2010 г.
Yo
Ужаснее всего на латинице выглядят имена и фамилии с буквой "ё". Yolka Shmelyova. Чтобы сказать это, иностранцу придется вспоминать первую студенческую пьянку-поблеваху, после которой он изгадил всю уборную. Поэтому отношение к Ёлке будет соответствующее: бери всьйо, но не возвращайся. Будь зеленой круглый год, но чтоб глаза тебя не видели. Но так как слепым никто становиться не собирается, дуй отседа ты! Потому-то другой мир, согласно субъективно настроенным детекторам, спешно убирает ёлку уже по окончании первой недели вновь наступившего года, а вот у нас даже не из-за лени, а из наивного ощущения всеокутывающей праздничной атмосферы обглоданный ствол почившего деревца, варварски выкорчеванного из родной земли, может стоять до марта.
четверг, 9 декабря 2010 г.
Vickies
На имени Виктория лежит проклятие веков. Темные силы воздействуют только на русскоговорящих Викторий. Имя-то заимствованное, поэтому положительная Победа, что лежит в его основе, досталась нам сильно изувеченной, в тумаках и кровоподтеках и c многочисленными гематомами головы. Победа, но кретинизма и дегенератизма! Непроходимая овечья тупость и неосведомленность насчет этого критичного факта, белесые, пусть даже черные как смоль ресницы, припухлые губки и длинные волосы — обязательные атрибуты этих существ, топающими своими ножками в UGG по бурлящему грязной снежной жижей асфальту. Безусловно, есть исключения, но очень редкие — потому и приятные.
воскресенье, 5 декабря 2010 г.
Indian Doctor
Мои легкие слушал молодой доктор-индиец … Там, откуда он родом, корова – животное священное. Там текут священные воды Ганга (грязныя, к слову, до невозможности), там боги и богини невинно улыбаются и многоруко машут. Улыбаемся и машем. Врач молодой и неправдоподобно старательный. Только что вышел из вод Ганга.
Перед кабинетом очередь из троих. Доктор уже окончил прием, но регистратура что-то напутала, донесла до болезных граждан ложную информацию, поэтому они ожидали приема. Индиец согласился всех принять (я – третий) через небольшой промежуток времени. Больные или выздоравливающие не слишком благосклонно отнеслись к промедлению. Грузный мужчина, от которого разило то ли полураспадом алкоголя, то ли просто рыночной туалетной водой, доверительным шепотом рассказывал подвернувшимся слушателям, что врач-де неделю его лечит. Ему на работу выходить, а он все лечит да лечит, пытается докопаться до истинного заболевания, вместо антибиотиков широкого профиля назначает узкого и т.п. Шелестящую тираду он пел, уголки рта подрагивали, и определить, актер он или душевнобольной мне не удалось. Пожилая дама в очереди сидела с направлением от онколога и была поразительно спокойна, впрочем, не так: она не знала, что все гораздо хуже. Когда уже доктор обследовал меня, то раздавал советы, как вести себя при моем заболевании (горлышко, носик… горло, шнобель, ухи застудил): лимоном не увлекаться – эмаль поврежу; чай слишком крепкий не пить – желудок посажу и все в таком известном духе. С неподдельным интересом и участием спросил: «А какого цвета у вас мокрота?» Честно – понятия не имею. Он не умничал, а был вовлечен в процесс излечения. Грустно, что со временем это молодой специалист оградит себя барьером, станет черствым и невосприимчивым до чужих страданий, желание помочь отойдет на дальний план, и у истоков этого разрушения стоит каждый из тех, кто желает помощи, но не принимает ее, когда она есть, высокомерно ее игнорирует и обещает «поразмыслить, а стоит ли вообще пить эту проплаченную американскими компаниями отраву». И перенесите этот шаблон на что-нибудь знакомое. Совпадает. К сожалению, не один и не два раза.четверг, 2 декабря 2010 г.
В "Инсепшене" было Слово
Я забыл слово. Нет, не то Слово, что было в начале. И даже не то предложение с подлежащим, сказуемым и дополнением, что слетело с кончика моего языка, когда мне не было еще двух лет: «Обезьяна рассыпала горох!». Другое слово. Оно еще у Санаева в «Плинтусе» фигурирует. И в моем свежем, хоть и на пожелтевшей бумаге, рецепте. Травки, коренья – чтобы горло не болело, уши в трубочку не скручивались, нос не отвалился. Охлократия? Бензиния? Хохломония? Гарантия? Дегенерация? Трапеция? Цивилизация? Ах, гомеопатия моя, иди-ка ты лучше к себе в деревеньку и лечи тех, кто верит в тебя.
Подписаться на:
Комментарии (Atom)
