Чума | La peste (1992)

Что есть лучший выбор для лентяя: фильм или книга? Считается, что фильм, поскольку он короткий, извилины напрягать не надо, можно есть, в общем, заниматься вторым, а то и третьим делом, бросая шуточки в сторону Цезаря. Но позвольте! Читать-то можно в лежачем положении. Прочтение средней толщины книги можно растянуть на сутки, а то и двое-трое. Интеллектуальную деятельность можно перемежать коротким сном, попиванием жидкостей, равно как и поеданием продуктов (особенно ценятся некрошащиеся).

Анекдоты смешнее звучат из уст автора. Землю лучше всех удалось обустроить Всевышнему. Первоисточник гораздо сильнее того, что создается по его мотивам. Однако каждый раз надеешься, что именно вот это произведение! будет исключением из правил. Как бы не так.

Взять хотя бы фильм аргентинского режиссера Луиса Пуэнсо Чума | La peste (1992), поставленного по одноименному роману Альбера Камю, который был издан в 1947 году. Краткое содержание романа сводится к тому, что в 194. африканский город Оран наводнила чума. Оран находится в оцеплении и изолирован от внешнего мира, жители мрут как мухи, трупы хоронят, но кладбища полны, поэтому в дело идет гигантские кремационные печи. Город превратился в бездушную машину по уничтожению останков людей. На фоне этих событий читатель наблюдает за действующими лицами: доктором Риэ; его другом Тарру; журналистом Рамбером; старичком-чиновником Граном; темной личностью Коттаром. Все они связаны между собой; также присутствуют и побочные персонажи, которые, однако, успевают полюбиться читателю. Впрочем… запомниться звучит лучше.

Мне было интересно, каким образом будет преподнесено обезличенное начало в фильме. К сожалению, сцены все сцены фильма полны действа, созерцательность практически отсутствует. Повергло в шок то, что алжирский Оран (родной город Камю) оказался в Южной Америке, а события происходят в 199., но не в 194. Конечно, это можно понять, ведь перед нами авторское, поэтому средств на декорации в духе 40-ых попросту не было. Режиссер и сценарист весьма вольно обошлись с некоторыми героями: допустим, Рамбер оказался… девушкой, а другие персонажи умирают не своей смертью (то есть умирают не так, как это описано в книге).

И ладно бы. Событийная база — не самое главное, но проблема в том, что создатели погубили атмосферу оригинального произведения. Перенеся события на конец 20-ого века они начисто стерли аллюзии на фашизм, которые видны невооруженным глазом в оригинале. Нет животного страха перед крысами — показали две особи, и предполагается, что зритель должен забиться от страха в угол. Запах жженой плоти слышен только тогда, когда персонажи отмечают, что «запах странноватый». У Камю весь город завален трупами, причем сперва крысиными, а потом — человеческим, а жители не могут поверить в светлое будущее даже тогда, когда чума отступила. В фильме экзистенциализма практически ноль, персонажи решают личные проблемы и не считают нужным задаваться вопросами бытия. Нет гениальной исповеди Тарру, в которой он признается, что был болен чумой и до эпидемии. Зато есть сцена, где отец Панлю осмысленно желает быть погребенным заживо. Режиссер Луис Пуэнсо, по-моему, подсмотрел это у Пьера Паоло Пазолини в Теореме | Teorema (1968). Актерский ансамбль не вызывает никаких чувств. Играют «контрактно», т.е. просто за гонорар, не прилагая усилий.

Фильм вольно обходится с первоисточником, но предлагаемое взамен и близко не стояло. Но ведь есть примеры, где авторы фильма трактуют события по-своему, а результат — положительный! Конечно, нельзя перенести каждую строчку текста на экран, но главной задачей всегда было создание атмосферы. В фильме «Чума» это, скорее, едва уловимый аромат шашлыков на мангале, но не густой и едкий запах горящих человеческих трупов. Создатели кино, видимо, и сами почувствовали, что сильно перегнули палку и, словно, нашкодившие дитяти, разбившие венецианского стекла вазу, прячут ее осколки, говоря зрителю: «…микроб чумы никогда не умирает, никогда не исчезает, он может десятилетиями спать где-нибудь в завитушках мебели или в стопке белья, он терпеливо ждет своего часа в спальне, в подвале, в чемодане, в носовых платках и в бумагах и, возможно, придет на горе и в поучение людям такой день, когда чума пробудит крыс и пошлет их околевать на улицы счастливого города» (последний абзац романа Альбера Камю).

4 из 10

Posted via web from jolbordi's posterous